Для давних друзей SocioLogos старая версия сайта доступна для просмотра
здесь
Специально для платформы SocioLogos.ru ведущий научный сотрудник, заведующий лабораторией исследований человеческого потенциала и образования НИУ ВШЭ Павел Сергеевич Сорокин рассказал о секции «Будущее наук о человеке», которая пройдет в рамках Грушинской социологической конференции 2026 года. В своем интервью он пояснил, как появилась идея секции, почему современный научный мейнстрим переживает кризис, какие идеи из науки прошлого могут оказаться востребованными сегодня и что ждет исследовательскую индустрию в ближайшие годы. Беседу вел Сергей Геннадьевич Ушкин.
Ушкин С. Г.: Павел Сергеевич, расскажите, пожалуйста, о секции, которую вы проводите на Грушинской социологической конференции?
Сорокин П. С.: Секция называется «Будущее наук о человеке». Идея ее проведения возникла в ходе обсуждений с коллегами — Игорем Вениаминовичем Задориным и Тимофеем Александровичем Нестиком. Поскольку конференция посвящена будущему различных индустрий, то мы решили поговорить о будущем социально-гуманитарного знания.
Когда я подавал эту секцию в программу конференции, моя мысль была в том, что есть серьезные ошибки в логике построения научного знания и в попытках понять современные социальные процессы — как в бизнесе, так и в социальной и культурной сферах. Речь идет об ошибках именно в той области, которую принято называть научным мейнстримом.
Мне хотелось обсудить это вместе с коллегами — в том числе применительно к новым технологическим возможностям. Сегодня много говорят об искусственном интеллекте и его роли в исследованиях. Но проблема в том, как правильно использовать эти технологии и какие ограничения у них есть.
Ушкин С. Г.: Какие вопросы Вы планируете рассмотреть?
Сорокин П. С.: Мы сформулировали три ключевых вопроса.
Первый достаточно прямой: существуют ли сегодня новые идеи или находки, которые способны сделать исследования о человеке и обществе более полезными — особенно в контексте долгосрочных социальных изменений.
Второй вопрос связан с отношением к научному наследию. Важно подчеркнуть: мы не предлагаем перечеркнуть прошлое науки и начать все заново, изобрести свой велосипед. Нет. Когда мы говорим, что многие современные представления не соответствуют реальности, это не означает, что в истории науки нет ценных идей. Наоборот, в прошлом накоплено огромное количество важных концепций. Проблема в том, что многие из них не вошли в современный мейнстрим — их либо забыли, либо никогда по-настоящему не изучали. Мы попытаемся разобраться, нужно ли строить совершенно новую теорию, или же следует переосмыслить существующие знания, интегрировав новые идеи с теми концепциями, которые были разработаны раньше. Особенно это касается отечественной традиции социально-гуманитарного знания. В ней есть много интересных подходов, которые сегодня почти не используются в научной практике и консалтинге. Во всяком случае, это моя гипотеза.
Третий вопрос касается институциональной организации науки. Сегодня новые технологии, включая искусственный интеллект, меняют методы сбора данных, их анализа и интерпретации. Появляются новые формы научной работы и взаимодействия исследователей.
Ушкин С. Г.: Скажите, почему все это стало актуальным именно сейчас?
Сорокин П. С.: Во многом это связано с тем, что все чаще обсуждается кризис исследовательской индустрии. Эти разговоры ведутся уже довольно давно — по крайней мере с конца 2000-х годов, после мирового финансового кризиса. В частности, обсуждается так называемый парадокс производительности: инвестиции в исследования и разработки растут, система высшего образования расширяется, но это не приводит к сопоставимому росту благосостояния или снижению социального неравенства.
Другими словами, связь между научной продукцией и реальными социально-экономическими результатами оказывается значительно слабее, чем ожидалось. Это заставляет задуматься о том, насколько адекватны те теоретические модели и методологические основания, на которых строится современная исследовательская практика.
Ушкин С. Г.: В западной социологии давно обсуждают необходимость серьезного обновления теорий и методов. Ожидаете ли вы своего рода «квантового скачка» в этой области?
Сорокин П. С.: Думаю, что определенные изменения неизбежны. При этом я не считаю, что наука может исчезнуть — у нее слишком высокая культурная и институциональная легитимность. Но вполне возможно, что она будет существенно трансформироваться.
Эти изменения могут касаться и содержания научных теорий, и способов организации научной деятельности, и используемых методов. В частности, все большую роль будут играть новые типы данных — например, цифровые следы, которые позволяют наблюдать реальные практики поведения людей. Это создает возможности для пересмотра многих привычных представлений о социальных процессах.
Ушкин С. Г.: Для кого, на ваш взгляд, будет особенно интересна эта секция?
Сорокин П. С.: Думаю, она будет полезна прежде всего тем, кто занимается фундаментальными исследованиями или прикладными аналитическими разработками и при этом чувствует, что существующие теоретические рамки не всегда позволяют адекватно описывать происходящие изменения.
Мы будем рады видеть коллег, которые готовы обсуждать не только конкретные исследования, но и более общие основания научного знания — те онтологические и методологические предпосылки, на которых строится исследовательская практика. Кто хочет конкурировать и выигрывать на падающем рынке.
Ушкин С. Г.: Павел Сергеевич, благодарю за содержательное интервью!
